Кого нам хочется судить?

Кого нам хочется судить?
3 июля 2020 Marishka На печать

Сегодня телеканалы часто выбирают передачи «судебного» формата, в которых герои и гости обвиняют или критикуют друг друга. Почему нас привлекают подобные телешоу?

Начиная с фольклорного «закон что дышло: куда повернул, туда и вышло» и до грибоедовского «А судьи кто?» тема правосудия в нашей стране всегда задевала за живое. Формат судебного разбирательства подхватило телевидение — и судебные страсти стали поистине всенародными. Рейтинги таких передач очень высоки: по данным Gallup Media в среднем их смотрят около 20% зрителей, в момент эфира включивших телевизор.

Такая популярность не могла пройти незамеченной для создателей других программ: судьи, защитники, обвинители (в более или менее узнаваемой форме) появились во многих передачах — например, там, где обсуждают внешний вид, стиль и умение героев одеваться. Судейскую мантию надеваем и мы: так, во многих шоу выступления участников судит не только профессиональное жюри — решающее слово остается за телезрителями.

Суждение — один из архаичных типов социального взаимодействия, объясняет психоаналитик Норбер Шатийон. По сути, на нем строится вся наша эмоциональная жизнь: в младенчестве мы плачем и гневаемся оттого, что пеленки мокрые или молоко в бутылочке горячее… и так выносим свои первые суждения. И дальше в любом возрасте они неизменно будут нам помогать осмысливать окружающий мир: решать, за кого голосовать на выборах, к кому обратиться в трудную минуту или какой фильм посмотреть в выходные.

Но если суждение необходимо как процесс, который позволяет нам определить свое мнение, то суждение как оценка — например, другого человека — слишком часто перерождается в осуждение. Судить и осуждать другого — слишком легкий способ ощутить свое над ним превосходство. Так почему же мы так охотно, как минимум у экранов, включаемся в судебный процесс? О чем говорит это желание? Мы попросили ответить экспертов.

Узнавая себя

Мы так устроены, что любые оценочные суждения о себе воспринимаем с душевным трепетом. Во всяком случае, это естественная первая реакция. Потом уже мы можем поразмышлять о том, согласны ли мы сами с оценкой извне, справедлива ли она. Но эта человеческая уязвимость знакома каждому. И это делает понятными и близкими для нас героев передач «судебного» формата. Когда герой открыт взглядам судей, когда он предъявляет на суд нечто cвое — собственное, выстраданное, личное, тогда он в полной мере человечен и нам в своей открытости понятен.

Так, когда режиссеры, актеры приходят в студию обсуждать фильм над созданием которого долго работали, думаю, они чувствуют себя так же, как если бы обсуждали их ребенка. Разница лишь в том, что продукт творчества для того и создается, чтобы впечатлять других.

Герои «Модного приговора» предстают перед «судьями», которые оценивают неподходящий им стиль в одежде, причем в ситуации, где уже есть кто-то, кому этот стиль не нравится.

Когда в рамках других телепередач ведутся споры родителей и детей, соседей, друзей, даже если сюжеты разыгрывают артисты, нас больше трогают узнаваемые ситуации, которые случались и с нами.

Что сказало Супер-эго 

Судить людей и их поступки нас побуждает Супер-эго, или Сверх-Я — та часть личности, которую Фрейд называл вместилищем нашего морального сознания, нашей совести.

Сверх-Я появляется в конце эдипова периода, к пяти годам, и воплощает родительские и социальные запреты. Однако вот парадокс: как утверждают детские психоаналитики, чем меньше родители занимаются ребенком, чем больше ему позволяют, тем более строгим оказывается его Сверх-Я. Эта психологическая стратегия позволяет ему компенсировать нехватку надежных ориентиров.

Самые категоричные, чрезмерно подверженные чувству вины, склонные к негативной самооценке люди обычно вырастают там, где им позволяли расти как в поле трава. Они суровы к самим себе и очень требовательны к другим, стремясь дотянуться до высот недостижимого морального идеала.

Импульсивный характер Сверх-Я делает его ненасытным до булимии: оно все время требует большего — большего совершенства, большей жертвенности. «Ты должен быть хорошим», — твердит оно. И чем больше мы подчиняемся этому приказу, стараясь быть безупречными, тем меньше себя таковыми ощущаем.

В поисках мудрого судьи

Мы так устроены, что всегда, если только не нуждаемся в милосердии, сами заинтересованы в справедливом и аргументированном суждении о себе. Нам нужны зеркала, чтобы лучше понимать, какие мы или какими стали. Для этого и существуют другие люди, но среди них до обидного мало мудрых судей.

Если мы взглянем на свою жизнь — нынешнюю и прежнюю, в детстве, мы можем спросить себя: «Встречал ли я тех, чьи оценки меня были на самом деле справедливыми — не снисходительно высокими и не обесценивающе низкими, а такими, чтобы я мог опереться на них в трудной ситуации и что-то про себя понять? Есть ли у меня такие собеседники сегодня?» Этот вопрос у многих может вызвать грусть или растерянность. Как мало тех, кто способен сказать нам о наших недостатках искренне, без раздражения и высокомерия, так, чтобы не ранить.

Мы, таким образом, сталкиваемся с огромным дефицитом критики, которая была бы: справедливой и аргументированной с одной стороны и излагалась бы в приемлемой для нас форме с другой. В нашей стране многие десятилетия было не принято, вернее, небезопасно показывать себя и Свое. Мы придумали тысячи способов показывать себя, не показывая по-настоящему, с одной целью — защититься от огульной, слепой и уничтожающей наше «Я» критики. Этот дефицит хороших судей и потребность в уважении и справедливости сделали передачи, о которых мы говорим, востребованными нами, зрителями.

Открыть себя

Мы так устроены, что во взгляде судьи, если этот судья по-настоящему мудр, ищем ответа не только на вопрос: «Какой я в чем-то или где-то?», но и на более глубокий, подразумевающий: «Кто я?» Неважно, что мы обсуждаем, — вкус в одежде, профессиональные достижения или семейные конфликты, все сводится к одному: человеку нужно быть понятым другим человеком, чтобы лучше понимать себя. В этом и состоит жизненное значение критики, это делает критиков очень нужными нам людьми, если они, конечно, смогут свое мнение о нас донести так, чтобы мы смогли его «проглотить».

Сегодня в обществе, где так долго справедливость мы видели только в кино, выросло поколение, которое больше не боится показывать Собственное.

Стать собой

Мы так устроены, что, если не будем показывать себя, отстаивать Свое перед лицом доброжелателей или недоброжелателей, если не научимся требовать того, чего по справедливости заслуживаем, мы никогда как личность не сформируемся. Интуитивно это чувствуют все, поэтому мы хотим учиться этому и учимся всю жизнь, вернее, с трех лет, когда впервые начинаем с удовольствием произносить «нет!».

То, каким способом мы отстаиваем Свое, по сути, и делает нас самими собой. Кто-то старается вроде бы отступить, согласиться с несущественным, чтобы потом снова вернуться к главному, гнется, но не ломается. Кто-то, наоборот, прямолинеен, но не тверд, а скорее хрупок. Кто-то агрессивен, напоминает петушка, грудью набрасывающегося на препятствие. Ему достаточно сказать «Не делай того-то!», чтобы он именно это и сделал. Кто-то в ситуации угрозы забирается на пьедестал и сверху вниз излагает свои аргументы, а иногда и до аргументов не снисходит — просто презрительно и недоуменно смотрит на того, кто посмел его критиковать.

Обычно в детстве человек выбирает в качестве учителей в этом деле тех, кто ближе (родителей, старших братьев и сестер, взрослых). Те несправедливые критики, которых мы любили, въелись в нас и внутри как бы всегда присутствуют. Это знают все психотерапевты, занятые лечением последствий присутствия в нас этих внутренних прокуроров. Но у взрослого человека есть возможность переучиться, если он убедился, что усвоенный им стиль ему не соответствует. Тогда он смотрит на образцы, которые ему предлагает, например, телевидение, или идет к психотерапевту.

Марк Твен говорил: «Правду нужно подавать так, как подают пальто. А не швырять, как мокрое полотенце, в лицо». В телеэфире, как и в психотерапии, чтобы критика подействовала (а разве не для этого создаются такого рода передачи?), ее нужно подать так, чтобы человек мог с ней как-то обойтись. И получить возможность жить лучше.

https://www.psychologies.ru

Рейтинг: 0 Голосов: 0 98 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!